Чем заняться мертвецу в Денвере бесправному еврею в Питере Вторник, Июн 19 2007 

Как вернуть утраченные водительские права?

  1. С вечера долго ныть и переживать, что рано вставать,
  2. Всё равно лечь в два, потому что сначала писал буриме с Критскими, а потом бегал на вокзал за билетом,
  3. Продрать глаза в десять и с тоской смотреть в окно на мерзкий питерский дождик,
  4. Но делать нечего, сесть на велосипед и отправиться на шоссе Революции, потому что иначе туда всё равно никак не доберёшься,
  5. Не забыть все возможные документы: паспорт, водительскую медсправку, экзаменационный листок со сдачи на права,
  6. Прямо там же в здании ГАИ сделать заверенный ксерокс медсправки за 12 рублей,
  7. В двух минутах ходьбы оплатить сбор 60 рублей за временное разрешение, отдав 20 рублей комиссии,
  8. Отстоять быструю очередь в окошко с первое по четвёртое, сдать копию медсправки, экзаменационный листок, квитанцию и паспорт,
  9. Долго и мучительно ждать,
  10. Оказаться последним из тех счастливчиков, которым выдали обратно паспорт и временное разрешение до обеда (ровно в час дня),
  11. Через 27 дней оплатить сбор 200 рублей за права и прийти опять в ГАИ их получить.

А ещё можно заехать на вокзал за очередной порцией билетов, заехать в банк за документами на машину, за которую окончательно расплатился, заехать в Мегафон заплатить за телефон, заехать в ЛГ за забытыми кроссовками, поболтать там с Тре, Юрцом, Дэном, Юрцом, Илюшкой, Юрцом, Геной, Андрюшкой, Димоном, Стасом и всеми-всеми-всеми, и успеть за день два раза промокнуть, три раза быть с головы до ног забрызганным проезжающими машинами, один раз помыться, начистить яблок и помочь жене испечь шарлотку, изгрызть её, прочитать сборник рассказов Мураками и наконец погрузиться в Стодевятнадцатый Сидячий вагон Тринадцать место Ноль Ноль Один и задрыхнуть под азартный трындёж ЛинуксЛинкеров.
Вот такой третий день в Питере. А ещё были два до того…

А между тем Кобог выложил видео с выпускного (не моего, и вообще я к нему никакого отношения не имею, но местами забавно).

Повальное бегство Пятница, Май 11 2007 

Хм. Этот текст был написан несколько дней назад, но почему-то оказался не опубликован.

Напишу о делах рабочих.

Со времён последнего моего сообщения мы потеряли: Лёху Галашина (пока в поиске — работодатели, ауу! могу дать телефончик) — этого уже три недели назад — и вот сегодня отчалил Рома Случевский. Оба отличные ребята и мои друзья, и конечно, будем стараться держаться вместе, что бы там ни было. С Лёхой — проверено — уже получается.

Галашин — ветеран отдела, он пришёл сюда в числе первых семи (точнее, восьми, но один был утрачен ещё до начала работы) человек. Географ по образованию, он давно переквалифицировался в программисты, и имеет внушительный опыт. Он руководил множеством проектов и в своё время, по слухам, чуть было не стал главой отдела («первый после Чоя», так сказать), но корейский бог миловал, и он стал не функционером, а оппозиционером. Типичная история: сначала ты любим и обласкан, тебе доверяют какой-нибудь перспективный проект, а потом начинаются конфликты, отстаивание интересов команды, и скоро тебя уже не зовут на совещания, а на проекте рулит кто-то другой, потом некоторое время апатии, и вот уже с вещами под мышкой парень идёт на выход. Так уходят лучшие.

Лёха, несмотря на внушительный возраст (он даже старше меня), непосредственен как дитя. Вечно у них с Настей какие-то мутки и отжиги: трансы, пьянки, поездки. Мы с Варькой их очень любим, во многом потому, что мы обо всём паримся и вообще взрослые и серьёзные, а они своим существованием показывают, что можно дожить практически до пенсии и при этом вести себя, как десятиклассник.

Ромка, наоборот, из молодых. У нас много практически безусых юнцов, но Ромка, наверно, самый врубной из них — сейчас я даже склонен поставить его впереди Крокодила (будем считать, что это ему мой подарок на увольнение). С ним тоже довелось немало за последние дни отжечь, отчасти благодаря тому, что он живёт у чёрта на рогах, а я, наоборот, возле офиса, и после корпоративных возлияний мне неоднократно приходилось расквартировывать его длинномерное тело у себя на диване — впрочем, ещё кто кого… Неважно. уть в том, что есть люди, которые приходят и начинают работать, изучать технологии, читать документацию — месяц-другой, и он уже в числе лучших разработчиков в отделе. А другой, как придёт бревном, так бревном и останется.

Приятно и то, что хотя народ расходится, мы продолжаем видеться и общаться. Вчера, а Ромкиной отвальной, были и Лёха с Настей, и Беркович, и даже Якки. Работодатели приходят и уходят, а хорошие ребята — это куда важнее. Ещё увидимся на этом свете.

Настя Воскресенье, Мар 25 2007 

В нашем отделе немало симпатичных людей, но о тех, кто ещё не успел уволиться (в отличие от Берковича, Тимура и ждущего пока своей очереди Якки), я не пишу — такова традиция, которой я намерен придерживаться, пока служу корейской нации. Позавчера, в пятницу, мы провожали Настю, и потому сейчас самое время о ней написать.
(далее…)

Тимур и его команда Пятница, Сен 15 2006 

Раз уж пошла речь о коллегах — а точнее, о бывших коллегах, — расскажу про Тимура. Его жизнь и поступки требуют фиксирования на бумаге: одним в урок, другим на зависть.

Тимур Хаиров, как многие знатные «лыжники», учился на питерском МатМехе (там некогда бывал и я, но на пару лет раньше и по другой специальности); затем — Терком, как водится, потом что-то ещё (или нет?), и — LG. Не из числа первопроходцев, основавших наш отдел, он, тем не менее, быстро получил всеобщее признание. Не самый простой характер: Тимур всегда стоит на своём, в любом вопросе, и не даёт спуску слабакам и разгильдяям. На конкурсе «Мистер Очарование» он бы не занял первого места. Но работа с телефонами — совсем другая тема. Стопроцентно профессиональное отношение к делу и абсолютная чёткость в организации — его качества дорогого стоят в работе вроде нашей.

Когда я попал в компанию, Тиму как раз дали его первый проект, и мы с Тре Иванычем, о котором в другой раз, сразу оказались под его руководством. Проект начинался спокойно, мы потихоньку учились, бури внешнего мира нас не достигали. От Шефа исходила аура компетентности, и чувствовалось, что если и попадётся проблема нам не по зубам, то уж Тим-то разгрызёт её как орех. Собственно, так и происходило в реальной жизни: он был одним из трёх-четырёх человек в отделе, кто решал самые запутанные проблемы. Работа под его началом давала уверенность, что из любой сложной ситуации мы сможем найти выход. Мы работали на совесть, и иногда приходилось засиживаться допоздна, было чувство команды. При этом Тим всегда старался взять на себя основную нагрузку в экстремальных ситуациях. Руководитель проекта всегда крайний, но Шеф, кроме того, считал своим долгом заботиться о членах команды, не шёл на поводу у начальства. Для большинства project leader’ов значение имел только успех проекта, и члены группы делили страдания поровну; у Тимура во главе угла стояла Команда, и конечный результат достигался не за счёт огромных переработок в корейском стиле, а благодаря чётко налаженному процессу.

Разумеется, «кое-кто» не был рад такой сильной фигуре в отделе. Шло время, трения накапливались, выливались в шумные разборки. За Тимура был его высочайший профессионализм и уважение сотрудников; однако его твёрдость и принципиальность делали его неудобным. Когда после окончания очередного, особо проблемного проекта, ему было ясно сказано, что как Project Leader он больше не рассматривается, стало понятно, что вряд ли Шеф задержится надолго, хоть он и говорил, что готов поработать и простым разработчиком. Так оно и вышло — через пару месяцев он уехал на север, наводить порядок в нефтяном IT. Что ж, там, наверно, лучше умеют ценить людей.

Наши с ним отношения складывались тоже не самым простым образом — во многом из-за моего длинного языка и его непоколебимо твёрдом представлении о реальности. Мы работали вместе, и были вроде друзьями, однако не раз бывали случаи, когда доходило чуть не до драки. Не хочется ворошить старое; в общем вышло так, что много раз мы ссорились и мирились, и я вынес немало пользы и понимания вещей из этих конфликтов, однако такой организованности, как Тимур, вряд ли когда достигну. Дружба из-за этих трений ослабла: Шеф увлёкся фотографией и стал ходить с Тре в фотошколу, я стал больше общаться с Берковичем и другими ребятами. Когда в феврале мне предложили руководить группой, Тимур был против, указывая на более достойных и подготовленных кандидатов (и был, как всегда, прав; впрочем — где сейчас те кандидаты?..) Вскоре он ушёл, и буквально в последний день мы поссорились в последний раз — он неправильно понял некие мои слова, приняв их за удовлетворение от его ухода. Он уехал из Питера; я был обижен его упрёками и не хотел первым начинать мириться. Он писал Тре, Берковичу, звонил. Я мрачно смотрел на зелёный цветок в аське, решив, что остаётся лишь признать: людские тропки сходятся и расходятся. Мне было хорошо с ним работать, я уважаю его порядки и характер, но, видно, не судьба быть друзьями.

Он позвонил мне вчера вечером и признал, что был неправ.

Мы поболтали минут десять. Я был ошарашен его звонком и не знал, как это выразить. Прошло полгода — он мог плюнуть и забыть, или он мог укрепиться в чувстве своей правоты (в конце концов, все мы всегда немного правы и немного виноваты). Но он серьёзно и с тщанием решил разобраться с оставшимся нерешённым вопросом, нашёл в себе волю и принципиальность позвонить за тысячу километров и обсудить размолвку, поросшую уже, казалось, быльём. Что теперь выйдет, не знаю: едва ли мы снова подружимся — слишком большое расстояние и слишком несхожие интересы нас разделяют; по крайней мере, надеюсь, этот разговор смоет то чёрное пятно, которое осталось в памяти после его отъезда. И конечно, я не ожидал его звонка, но в то же время мне кажется совершенно логичным, что именно Шеф оказался способным на такой поступок. В этом весь он — Тимур Хаиров, Человек, Доводящий Дело до Конца.

Berkovich is… Четверг, Сен 14 2006 

В связи с тем, что на днях от нас уволился замечательный человек Жека Беркович, я решил провести небольшое исследование. Какие стороны его жизни остались скрытыми от нас? Выяснилось, что это уникальный, всесторонне развитый человек, хотя и не без проблем. Привожу результаты своего исследования, как я опубликовал его среди коллег.

Мы знаем Евгения как талантливого программиста, однако ещё он работает на радио и руководит стоматологической клиникой:

Он интенсивно занимается научной деятельностью:

И преподаёт:

Его личные особенности никогда не дадут ему затеряться:

Футбольные его таланты явно не были оценены по достоинству:

Его непростой характер порой не доводил до добра:

Но он не сдаётся перед лицом трудностей:

И не забудьте главное:

Мокрые и счастливые Четверг, Авг 31 2006 

Провожали Родиона в Канаду. По такому случаю регулярный средовый футбол решили провести на межкорпоративном уровне: вместо обычной сине-красной двусторонки «Гнусмас против Лыжников» позвали коллег из компании Digital Design. Настраивались серьёзно — не посрамим!

Погода не задалась с обеда. С утра ещё светило солнце, но к полудню небо затянуло тучами, пошли дожди. Многие заколебались — стоит ли? — особенно когда полило всерьёз. Мучительно пытались связаться с дизайновцами, узнать, пойдут ли они. Всё же решили отправляться — несмотря ни на что. Из-за того, что собирались играть фирма на фирму, был даже разговор о том, что кому-то придётся посидеть на лавке.

Как назло, все были без машин, только Илья на разбитой шестёрке с посаженным аккумулятором (на счастье, всё-таки завёлся, иначе пришлось бы и напитки на метро тащить — по бутылке воды и по банке пива на человека, стандартный набор)). Обычно-то все едут на авто, а в этот раз большинству пришлось добираться подземкой. Дождь то прекращался, то заряжал снова; чувствовалась осень. Первый раз в этом году дело шло к тому, чтобы играть под дождём. Приехали на стадион — поле всё в лужах, болото. Нашли край посуше, поставили ворота — пошла игра. Девять человек пришло; дизайновцы тем временем стояли в пробке. Вроде и дождь прекратился, и небо посветлело, а там, глядишь, и поле на ветру подсохнет — красота!

Надежды на погоду не оправдались — хорошо хоть, тепло. Дождь хлынул снова — то сильнее, то слабее, но уж почти не прекращался. Когда подощли дизайновцы, мы были уже мокры и грязны, как животные. К их чести, ДД-шники не струсили и смело вступили в игру. Когда подошли все их товарищи (шесть человек), мы придали им Родиона и началась рубка. Поле расквасилось окончательно. Стемнело. Дождь хлестал не переставая. Пятнадцать чёрных от грязи мужиков носились по болоту, с хлюпаньем и брызгами лупили по мячу.

Когда мы наконец остановились, на часах было уже почти десять — игра продолжалась почти три часа! Разумеется, на нас сухого места не было. Все получили массу удовольствия; правда, не обошлось и без травм. По крайней мере, теперь понятно, что такое «осенний футбол» и почему качество газона имеет критическое значение. Будем смотреть в будущее: осень длинная, дождей ещё хватит. Да, и ещё: победил ДД. Но мы ещё отыграемся…

Свинья в ермолке Понедельник, Июл 10 2006 

Кабанчик ездил отдыхать в Израиль, привез подарки — футболку с надписью «Israel defence forces» и ермолку, т.е. кипу. Я был рад такому подарку — немного сионизма никогда не повредит. Благо на следующий день был корпоративный пикник, будет перед кем покрасоваться.

Однако, принарядившись, я почувствовал изрядное беспокойство. Стоит ли рисковать? Не слишком ли опасно ходить в таком виде по городу? За последние несколько лет мне уже дважды били жидовскую морду незнакомые люди (и некоторое количество раз высказывались по национальному вопросу) — не слишком ли я буду напрашиваться на неприятности, выйдя из дому в подобной экипировке?

Разумеется, никаких неприятностей не было. Никто не прицепился ко мне, пока я шел до работы. Коллеги встретили меня милыми антисемитскими (или сионистскими, неважно) шуточками, мы обсудили вопросы эмиграции, обрезания и кашрута. Спортом, как выяснилось, в ермолке заниматься неудобно: даже несмотря на заколку, она вечно норовила слететь; так что я отступил от строгого соблюдения обычаев и время от времени снимал головной убор. А возвращение домой, которое могло оказаться наиболее рискованной частью программы, поскольку был вечер и я был не вполне бодр, было обезопасено составившим мне компанию Серегой Скрипцом, который человек добрейший, но его габариты заставляют потенциального обидчика несколько раз подумать.

И все-таки я не знаю, насколько безопасно в Питере выделяться из толпы? Кавказцев и металлистов останавливают менты. Индийцев и монголов убивают нацики. Торчки грабят старушек. Сколько дней можно проходить в ермолке прежде, чем тебя побьют или ограбят? Боюсь, я не стану ставить на себе такой эксперимент.

Но ведь на самом деле это такая гражданская позиция, диссидентство. Не бояться фашистов, ментов, просто бытовых ксенофобов. Каждый день идти в магазин как на демонстрацию. Это гораздо сложнее, чем раз в год появляться на яблочном митинге по какому-нибудь очередному печальному поводу. С одной стороны — вряд ли что-то изменится, если кто-то вдруг станет ходить по улицам в кипе или хиджабе. С другой — нельзя смириться со страхом. Свободная мы страна или нет? Многонациональная? Демократическая, в конце концов? Наденьте ермолку на президента, пусть народ привыкает.

песнь о Хрюшкине Суббота, Май 13 2006 

О Хрюшкин ужасный, свой гнев отврати!
Мои эскадрильи пропали в пути!
Я плыл через синее море
И их потерял на просторе.

О Хрюшкин могучий, смягчи свой укор!
Со мною гарпун и со мною багор!
Я цели своей не оставлю
И к дому добычу доставлю.

О Хрюшкин великий, поверь мне, не зря
Команду мою ты послал за моря!
В Корее мы всех одолеем
И к дому вернемся с трофеем.

О Хрюшкин, держава в твоем кулаке!
Ты молний пучок зажимаешь в руке!
Сияет твоя колесница!
Мы рады тебе поклониться.

О Хрюшкин, чьи ноги толсты, как стволы,
А плечи, как горы, мощны и круглы,
Глаза твои светят во мраке,
И варятся в пузе собаки.

О Хрюшкин, ты всем нам пример и отец,
Мы славим твой череп, хребет и крестец,
И печень, и почки, и пятки,
И зубы, и нос, и лопатки.

О Хрюшкин, я здесь твой оплот и рубеж,
Надеюсь, что ты меня с кашей не сьешь,
Когда мы к тебе возвратимся
И сэмплом тебе поклонимся...

С почином! Среда, Май 10 2006 

Прошу прощения у читающей публики за не написанный вчера отчёт. Тому были весомые причины: во-первых, я работал до полуночи, а во-вторых, у меня не работала Сеть.

Вообще, последние два дня прошли под знаком работы. Индийский товарищ по имени Vijai рассказывал нам о вещах, с которыми мы будем много и интенсивно работать. К сожалению, движемся мы не слишком быстро, и не столько нашей тупости или его косноязычия, сколько из-за особенностей платформы: она хоть и имеет массу достоинств по сравнению с той, с которой мы раньше имели дело, однако очень чувствительна к настройкам компьютера и спотыкается, как конь о четырёх ногах после ведра самогона. Для пущего бардака, у Виджая стоит другая версия… В общем, большую часть времени он проводит, пытаясь (часто безрезультатно) понять, в чём проблема у того или иного студента, а поскольку нас у него человек тридцать, сами понимаете. Для меня это вылилось в то, что я до половины двенадцатого ночи боролся с системой (оказалось, что проблемы возникли из-за софта, установленного кем-то, кто раньше пользовался этим ноутбуком); у моих товарищей другие проблемы, но тоже всё неладно.

Впечатления о Корее в эти дни ограничиваются кафешками. Что мне нравится, так это манера к одному блюду подавать целый поднос всякой жратвы в нагрузку: получается, что цены в меню вполне изрядные, но если у нас ты получил бы один кусок мяса и ушел бы голодным, тут подают целый обед. Молодцы!

По дороге на работу мы переходим через речку. Шириной она метров двадцать, глубиной — по колено. И каждый раз мы останавливаемся посредине и смотрим вниз. Под нами пробираются между камней и плещутся на песке огромные рыбины — я не могу оценить в сантиметрах, но слово «здоровенные» подходят к ним как нельзя лучше. И при этом ни одного рыбака на берегу: то ли не принято, то ли они уж настолько ядовитые… Теперь думаем: надо сплести сеть да порыбачить немного 🙂

По большому счёту, до выходных свежих впечатлений не ожидается — работаем. На weekend планируем залезть на ещё одну гору, потолкаться по местным развалам и посетить городские достопримечательности. Такие дела.

улитки и тараканы Понедельник, Май 8 2006 

Первый рабочий день. С утра резво поднялись, никто даже и не проспал; впрочем, одни из нас вчера весь день продрыхли, а другие весьма дисциплинированы. В LG выдвинулись заблаговременно, так как не было уверенности, куда именно идти: вчера нашли два подходящих здания (на расстоянии квартала друг от друга); спрашивать вчера было не у кого и неохота, а адреса в Корее не очень практикуются: улицы часто, кажется, вообще безымянные, а дома нумеруются подряд внутри целого микрорайона.

С местом мы, как выяснилось, угадали, но поначалу казалось, что нас там никто не ждет. Вахтерша с трудом дозвонилась до нашего контактного корейского лица и указала нам на комнату ожидания. В течение десятка минут к нам присоединились трое французов, полдюжины китайцев и невообразимое количество индийцев — человек пятнадцать, наверно…

Когда все собрались и пошли в другой офис на тренинг, мы заметили у ворот огромного таракана. Длиной, наверно, в палец, и ширины немалой. Что может привлечь таракана в производстве мобильников?

Здание, в котором мы занимаемся, понравилось многими особенностями. Во-первых, хотя оно и входит в Gasan Digital Complex, на первом этаже исключиельно торуют шмотками — сразу и не поймёшь, куда попал. Во-вторых, лифты ходят удивительно: до пятнадцатого этажа без десяти остановок не добираются. Зато вид сверху неплохой: в целом Сеул — не очень многоэтажный город. Есть остров — местый Манхеттен — там, да, сплошные небоскрёбы (включая LG Twin Towers и самый высокий в Корее небоскрёб KLI 63), но в остальных районах домики, в основном, маленькие, с вкраплениями отдельных масштабных новостроек.

Лекцию нам читали австрийцы, Альфред и Себастьян, очень внятные и толковые (завтра, увы, будет индиец). Больше о работе ни слова — коммерческая тайна 🙂 . На ланч ходили вдвоём с Колей в настоящий корейский ресторанчик: сидели на полу (на подушках), разувались при входе. С помощью разговорника и такой-то матери получили мясо: беконную (полосатую) свинину нам зажарили с белыми грибами прямо на жаровне, встроенной в середину стола, а также принесли нам десяток закусок — кимчи, водоросли, перепелиные яйца, каких-то мелких улиток. Всё было очень вкусно (ачжу чань могоссымнида).

После работы закинули вещи в отель, и опять попёрлись в гору (в этот раз — вдвоём с Денисом), благо есть у нас одна буквально рядом с отелем. Опять забрались на сумасшедшую высоту (когда вровень с тобой буквально в ста метрах висит кабина подъемного крана, это круто), опять повосхищались местным автолюбителям (улицы тут часто поднимаются градусов под тридцать, и, глядя на припаркованные под таким углом автомобили, поневоле призадумаешься, насколько тщательно у них надо проверять тормоза). Потом, уже в потёмках, скатались в центр, потом — домой; мыться, бухать (виски с корейской дыней, буквально по рюмочке) и спать. Завтра вставать в пол-девятого, а уже два часа ночи…

P.S. Я включил анонимные комменты, добро пожаловать 🙂