Настоящая мужская дружба Четверг, Сен 21 2006 

По наводке Севы Зельченко узнал кое-что новое об укреплении дружбы.

Кто опасался, что у него кое-когда может оказаться в чем-нибудь нужда, отправлялся к лицу, пользующемуся его особым доверием, и предлагал ему свою дружбу взамен на дружеское к нему отношение. Весь секрет тут заключался в том, что они тем самым, в случае нужды, обязывались по мере сил служить и помогать друг другу. Когда такое предложение дружбы принималось благосклонно, явившийся за заключением дружбы звал своего друга к себе в юрту и удалял из нее всех членов своей семьи. Затем оба ительмена раздевались донага, так что только половые органы их оставались прикрытыми футлярами, и хозяин так жарко натапливал свое жилище, что едва можно было терпеть жару, причем он варил в изобилии пищу, закрывал затем плотно жилье со всех сторон и приступал к угощению своего друга, который должен был съесть столько, сколько было угодно хозяину; когда же гость был не в силах больше есть и успел наблевать вокруг себя столько, что нельзя было поверить, что это мог изрыгнуть один человек, хозяин все еще продолжал угощать его, а затем лил воду на раскаленные камни, так что гостю становилось уже невмоготу вынести все это. Тогда хозяин выходил во двор и по усмотрению своему охлаждался, гость же в качестве первого доказательства своей дружбы должен был все еще жрать и потеть. Когда он уже был более не в силах выдержать это, хозяин вступал с гостем в переговоры насчет выкупа. Гость приказывал хозяину взять себе его собак, платье, нарты и все, что он найдет у него, и когда все это было наконец забрано, хозяин открывал все отверстия и дымоходы, так что его друг мог снова прийти в себя; в свою очередь хозяин преподносил ему подарки, но гораздо хуже полученных: плохих собак, ветхое, поношенное платье и т. п. Таким образом, договор о дружбе считался состоявшимся. Когда же приятель в свою очередь являлся в гости к своему другу, ему приходилось выдержать такую же точно баню и подвергнуться такому же угощению. После этого в случае нужды один брал у другого все необходимое без отдачи.

Пожалуй, после такой процедуры и впрямь почувствуешь братские чувства. Совместное перенесение трудностей укрепляет дружбу, особенно когда происходит по доброй воле и обоюдному желанию. То же самое происходит при походах в лес или в горы, при покраске забора, при игре в футбол под дождём. Дисциплинарный устав российской армии предписывает «стойко переносить трудности военной службы» (былая формулировка про «тяготы и лишения», кажется, сейчас не действует) — очевидно, с той же целью: для укрепления воинского братства. Не абы как переносить, раздражая других нытьём и жалобами, а стойко, в охотку, желательно — с песнями. Та же фигня — с копоративными «тим-билдингами». Я имею в виду не наши, LG-шные, ограничивающиеся лёгкими попойками, футболом и кегельбаном, а серьёзные — с выездами в лес, преодолением препятствий, ночным подснежным ориентированием и прочими выдумками корпоративных психотренеров.

В приведённой цитате можно усмотреть и ещё одну существенную линию. Испытание жаром и обжорством, ясное дело, устраивается в магических целях: чтобы обеспечить достаток в домах участников. Отныне друзья, очевидно, должны страдать больше от избытка тепла и еды, чем от их недостатка. Чем сильнее ты накормишь товарища, тем сильнее твоя дружба к нему, поскольку ты тем самым приносишь ему процветание. С другой стороны, ты показываешь, что он может получить в твоём доме всё для него необходимое, и даже больше, чем может употребить.

Пожалуй, надо внедрить такой подход и в нашу жизнь. Это вам не стопку на брудершафт выпить. Это действительно сближает. А если ещё и раздеться до футляров, то тут уж точно — дружба навек.

Тимур и его команда Пятница, Сен 15 2006 

Раз уж пошла речь о коллегах — а точнее, о бывших коллегах, — расскажу про Тимура. Его жизнь и поступки требуют фиксирования на бумаге: одним в урок, другим на зависть.

Тимур Хаиров, как многие знатные «лыжники», учился на питерском МатМехе (там некогда бывал и я, но на пару лет раньше и по другой специальности); затем — Терком, как водится, потом что-то ещё (или нет?), и — LG. Не из числа первопроходцев, основавших наш отдел, он, тем не менее, быстро получил всеобщее признание. Не самый простой характер: Тимур всегда стоит на своём, в любом вопросе, и не даёт спуску слабакам и разгильдяям. На конкурсе «Мистер Очарование» он бы не занял первого места. Но работа с телефонами — совсем другая тема. Стопроцентно профессиональное отношение к делу и абсолютная чёткость в организации — его качества дорогого стоят в работе вроде нашей.

Когда я попал в компанию, Тиму как раз дали его первый проект, и мы с Тре Иванычем, о котором в другой раз, сразу оказались под его руководством. Проект начинался спокойно, мы потихоньку учились, бури внешнего мира нас не достигали. От Шефа исходила аура компетентности, и чувствовалось, что если и попадётся проблема нам не по зубам, то уж Тим-то разгрызёт её как орех. Собственно, так и происходило в реальной жизни: он был одним из трёх-четырёх человек в отделе, кто решал самые запутанные проблемы. Работа под его началом давала уверенность, что из любой сложной ситуации мы сможем найти выход. Мы работали на совесть, и иногда приходилось засиживаться допоздна, было чувство команды. При этом Тим всегда старался взять на себя основную нагрузку в экстремальных ситуациях. Руководитель проекта всегда крайний, но Шеф, кроме того, считал своим долгом заботиться о членах команды, не шёл на поводу у начальства. Для большинства project leader’ов значение имел только успех проекта, и члены группы делили страдания поровну; у Тимура во главе угла стояла Команда, и конечный результат достигался не за счёт огромных переработок в корейском стиле, а благодаря чётко налаженному процессу.

Разумеется, «кое-кто» не был рад такой сильной фигуре в отделе. Шло время, трения накапливались, выливались в шумные разборки. За Тимура был его высочайший профессионализм и уважение сотрудников; однако его твёрдость и принципиальность делали его неудобным. Когда после окончания очередного, особо проблемного проекта, ему было ясно сказано, что как Project Leader он больше не рассматривается, стало понятно, что вряд ли Шеф задержится надолго, хоть он и говорил, что готов поработать и простым разработчиком. Так оно и вышло — через пару месяцев он уехал на север, наводить порядок в нефтяном IT. Что ж, там, наверно, лучше умеют ценить людей.

Наши с ним отношения складывались тоже не самым простым образом — во многом из-за моего длинного языка и его непоколебимо твёрдом представлении о реальности. Мы работали вместе, и были вроде друзьями, однако не раз бывали случаи, когда доходило чуть не до драки. Не хочется ворошить старое; в общем вышло так, что много раз мы ссорились и мирились, и я вынес немало пользы и понимания вещей из этих конфликтов, однако такой организованности, как Тимур, вряд ли когда достигну. Дружба из-за этих трений ослабла: Шеф увлёкся фотографией и стал ходить с Тре в фотошколу, я стал больше общаться с Берковичем и другими ребятами. Когда в феврале мне предложили руководить группой, Тимур был против, указывая на более достойных и подготовленных кандидатов (и был, как всегда, прав; впрочем — где сейчас те кандидаты?..) Вскоре он ушёл, и буквально в последний день мы поссорились в последний раз — он неправильно понял некие мои слова, приняв их за удовлетворение от его ухода. Он уехал из Питера; я был обижен его упрёками и не хотел первым начинать мириться. Он писал Тре, Берковичу, звонил. Я мрачно смотрел на зелёный цветок в аське, решив, что остаётся лишь признать: людские тропки сходятся и расходятся. Мне было хорошо с ним работать, я уважаю его порядки и характер, но, видно, не судьба быть друзьями.

Он позвонил мне вчера вечером и признал, что был неправ.

Мы поболтали минут десять. Я был ошарашен его звонком и не знал, как это выразить. Прошло полгода — он мог плюнуть и забыть, или он мог укрепиться в чувстве своей правоты (в конце концов, все мы всегда немного правы и немного виноваты). Но он серьёзно и с тщанием решил разобраться с оставшимся нерешённым вопросом, нашёл в себе волю и принципиальность позвонить за тысячу километров и обсудить размолвку, поросшую уже, казалось, быльём. Что теперь выйдет, не знаю: едва ли мы снова подружимся — слишком большое расстояние и слишком несхожие интересы нас разделяют; по крайней мере, надеюсь, этот разговор смоет то чёрное пятно, которое осталось в памяти после его отъезда. И конечно, я не ожидал его звонка, но в то же время мне кажется совершенно логичным, что именно Шеф оказался способным на такой поступок. В этом весь он — Тимур Хаиров, Человек, Доводящий Дело до Конца.

Berkovich is… Четверг, Сен 14 2006 

В связи с тем, что на днях от нас уволился замечательный человек Жека Беркович, я решил провести небольшое исследование. Какие стороны его жизни остались скрытыми от нас? Выяснилось, что это уникальный, всесторонне развитый человек, хотя и не без проблем. Привожу результаты своего исследования, как я опубликовал его среди коллег.

Мы знаем Евгения как талантливого программиста, однако ещё он работает на радио и руководит стоматологической клиникой:

Он интенсивно занимается научной деятельностью:

И преподаёт:

Его личные особенности никогда не дадут ему затеряться:

Футбольные его таланты явно не были оценены по достоинству:

Его непростой характер порой не доводил до добра:

Но он не сдаётся перед лицом трудностей:

И не забудьте главное:

Многие радости, многие печали Понедельник, Сен 4 2006 

Легкомыслие не доведёт до добра. Опасность подстерегает на каждом шагу. Особенно — в Сети. В реальной жизни можно обходить тёмные закоулки стороной, в виртуальной — они сами приходят к тебе. И нет от них спасенья.

Я недавно писал о далёких недалёких AOL’овцах, оплошавших в миллионном масштабе. Сегодня — о близком, чтобы почувствовать, как все мы подвергаемся риску. На днях я получил по аське сообщение от одного коллеги с просьбой одолжить немного webmoney. Приходит он, я ему честно говорю, что виртуальными деньгами не пользуюсь и одолжить не могу, на что он спокойно так отвечает: не обращай, мол, внимания, не ты один такое сообщение получил, и не писал я этого, а кто-то мою аську взломал и рассылает такие просьбы.

Мне повезло — и денег у меня не было, и сижу я с ним за соседним столом. Но я не заподозрил подвоха, хотя мог бы. Неуместность обращения по аське вместо устной просьбы, странное время отправления (что-то в районе полуночи)… В других обстоятельствах жулик мог бы достигнуть своей цели. Мы забываем, что электронное общение менее надёжно, чем личное, и так же, как доверяем своим органам чувств в реальной жизни, так же полагаемся и на виртуальные сведения, полученные от компьютера. Встретив знакомого на улице, мы не сомневаемся в его личности:

Гоголь переоделся Пушкиным, пришёл к Пушкину и позвонил. Пушкин открыл ему и кричит: «Смотри, Арина Родионовна, я пришёл!».

Также мы не сомневаемся, когда знакомый звонит нам по мобильнику, хотя это уже чревато. Тем более опасно, когда человек звонит по телефону или в дверь, и говорит, что он ваш участковый. Даже если он в синей форменной рубахе и пр. Если же вы получаете электронное письмо или мгновенное сообщение, тут вообще пиши пропало. С вирусами худо-бедно научились разбираться (и то — наиболее продвинутые): получив пустое письмо с приложенным файлом даже от лучшего друга, открывать не спешим. Но, что если он просит денег или спрашивает о чём-то существенном? По уму, надо держать ухо востро и проверить, каково истинное лицо отправителя. Можно вступить с ним в разговор на какую-нибудь приватную тему. Написать на другой адрес или позвонить по телефону. Найти и расспросить лично. Сложно, сложно… По крайней мере, видя на мониторе имя и фамилию своего знакомого, подумайте: кто там, с другой стороны экрана?

Многие совершенно не отдают себе отчёта, насколько это серьёзная проблема. Виртуальные цифровые сущности ассоциируются с реальными людьми, и раз уж обратить этот процесс невозможно, следует бороться за то, чтобы эта ассоциация была надёжна. Нужно оберегать собственную личность и не покушаться на чужие. Меня поражают, например, коллеги, которые говорят: «вот, у меня шестизначная аська; друзья её взломали и подарили мне на день рожденья». Они не используют взломанную учётную запись для воровства и обмана; но разве хорошо украсть у человека паспорт, если вам понравилась фотография в нём? Если же ваш паспорт аккаунт взломали, обязательно заведите другой, смените пароли и проинформируйте всех знакомых как можно скорее: опасность! В городском парке появился маньяк, который выглядит в точности, как я! Оберегайтесь подделок!